Общие положения и симптомы-мишени при оказании психотерапевтической помощи пострадавшим

Энциклопедия здоровья

Как показано выше, травматические переживания пострадавших непосредственно после совершенного преступления или в течение нескольких дней приобретают значительную остроту и создают угрозу развития невротических или даже (в 5,5% случаев) психотических реакций. Жертва насилия чувствует подавленность и тревогу, ложную ответственность и вину. Подросток оказывается несостоятельным в отношении критической оценки причин и последствий совершенного преступления.

Возникают переживания утраты «чистоты», «невинности».

В выраженных случаях доминируют суждения о собственной порочности или неправильном поведении.

Пострадавших преследует ощущение опасности, связанное с ситуацией насилия, что приводит к напряженности в межличностных отношениях.

Необходимая психотерапевтическая помощь, по данным М. Rappley, К. Spear (1993, 1995), должна оказываться уже на раннем этапе — при первичном обследовании.

Во время беседы пострадавшая, рассказывая о беспокоящих ее проблемах, формирует к ним отношение, готова отреагировать незначительную часть подавляемых эмоций.

Первичная беседа в данном случае должна осуществляться подготовленным специалистом с учетом комплексной оценки пострадавшей (не только психическое и физическое состояние, но и социальные условия).

Начальная стадия психотерапевтической помощи должна быть направлена на устранение острого чувства страха, подавленности и не должна затрагивать глубокий личностно-мотивационный уровень. Диагностика личности пострадавшей (Rosman-Brenner J., 1990) при осуществлении психотерапевтических мероприятий помогает не только оценить степень психогенных симптомов, но и провести анализ трансференции подвергшихся насилию девушек в рамках отношений «дочь — отец».

Оптимизация межличностной коммуникации (Jones D. P., 1994) осуществляется на последующих этапах.

 

Жертва сексуального насилия должна почувствовать социальную защищенность и психотерапевтическим способом сформировать трансференцию приятия социальной среды. Отметим, что личностно-ориентированная психотерапия может оказать пострадавшей существенную помощь.

Например, в результате длительного повторного (семейного) насилия извращаются альтруистические черты личности (терпимость к людям, сочувствие, эмпатия), которые либо угнетаются, что приводит к агрессивности в поведении, либо чрезмерно усиливаются, вызывая подчиненность и желание беззаветного служения одному делу или одному человеку. Достаточно часто девушки, подвергшиеся насилию, устанавливают отношения с девиантными субъектами, претерпевают унижения, считая это своеобразной «платой за грехи».

В период зрелости у них формируется готовность к трансферентной подчиненности лицам с императивными чертами характера. На фоне данного «беззаветного служения» они способны на кратковременные, но брутальные «эксцессы» в форме измены, алкогольного злоупотребления и т. п., которые, однако, почти никогда не бывают фатальными и быстро возвращают их в лоно семьи или любой другой привычный микросоциум.

Из-за повышенной подозрительности, долго наблюдающейся у пострадавших после пережитого преступления, последние часто оказываются не в состоянии оценить меру участия к ним посторонних, игнорируют лиц, оказывающих на них положительное влияние.

Сексуальное насилие вызывает у подростка переживание «бессилия» перед любой субъективно-сложной ситуацией. Девушка чувствует, что не смогла защитить собственное «Я» от посягательства чужого, его злой воли.

Она переживает болезненное вторжение в ее интимную сферу, куда, по ее мнению, должны допускаться самые близкие и самые избранные люди с ее добровольного согласия.

В результате разрушаются представления о защищенности «Я». Самосознание личности на длительное время приобретает измененные формы.

Некоторые авторы (Алексеева И. А., Палей А. И., Сейсян А. Р., 1997) предлагают проводить психотерапевтическую работу с пострадавшими в трех основных направлениях: 1. Работа по относительной девальвации этого события (беда, но не катастрофа); 2. Формирование адекватной ответственности за случившееся, направленной прежде всего в адрес насильника; 3. Психологическая работа, не относящаяся непосредственно к переживаемому событию, связанная с отношением пациентов к себе, другим людям, сексуальным отношениям, браку, любви, собственному будущему. Реинтегративный подход (Meiselman К. С., 1994) предполагает использование индивидуального стиля терапевта и применение им таких психотерапевтических методик, как когнитивно-поведенческая, психодинамическая, рационально-эмотивная, феминистская и гештальт-психотерапия.

Утверждается (Lister Е., 1982; Bowie S., 1990), что в работе с пострадавшей необходимо избегать использования Директивных методик, так как они способны «оживлять» переживание симптомов страха и беспомощности, вызывая своеобразную «трансференцию у травматизированных» transference in traumatised»). По мнению К. С. Meiselman авторов, является улучшение самопрезентации и осознание поведенческих ролей.