Базальные эмоции удовольствия

Энциклопедия здоровья

В своей работе S. Freud не определяет характер и содержание эмоционального тона, обозначая лишь «положительный знак» эмоциональной удовлетворенности в совокупности с формирующимися побуждениями. Вероятно, здесь необходимо выделить базальные эмоции удовольствия, приближающиеся к ощущению физического комфорта. Их аутохтонное течение и обеспечивает определенный синкретизм, с отдельными побуждениями, которые впоследствии сохраняются как наиболее адекватные для поддержания витальных потребностей организма.

Существенным аргументом в пользу утверждаемого положения о различии прирожденных сексуальных побуждений и влечений, связанных с насилием, как у преступника, так и у жертвы, является утверждение Kraft-Ebing (1909) о том, что эмоции удовольствия, сопровождающие насилие, характеризуются переживанием сладострастия у преступника и отвращения — у пострадавшего индивида. Лишь в патологических случаях и случаях выраженной предыдущей виктимизации мы встречаемся с эмоциональным приятием сексуального принуждения у жертвы.

В случае насилия и у преступника и у жертвы удовольствие не является витальной функцией настроения, объединенной с побуждениями, а возникает лишь как вторичная психологическая реакция, неразрывно связанная с мотивацией и фиксацией. Стало быть, и само поведенческое выражение насилия, основывающееся на получении удовольствия, не может быть первичным.

Мы утверждаем, что насилие существует не в контексте психических процессов, обусловленных закономерным течением либидо, а вопреки ему. Оставаясь верным психоаналитической трактовке, отметим, что насилие является суррогатной реализацией инстинктивного влечения и имеет отношение к сексуальности в той мере, в которой к ней относятся садизм, эксгибиционизм и другие перверсии.

Известный антрополог и литературовед Рене Жирар в своей книге «Насилие и священное» (2000) выдвигает следующую антитезу первичности стремления к насилию: «Представление об инстинкте (или, если угодно, о влечении), тянущем человека к насилию или смерти, — знаменитый фрейдовский инстинкт смерти, или влечение к смерти, — это всего лишь оборонительный рубеж мифологии, иллюзии, заставляющей людей отделять от себя собственное насилие…

Речь идет о том, чтобы не смотреть насилию в лицо…

 

» Психодинамическая трактовка в оценке последствий изнасилования расходится у различных авторов.

Аналитики классического направления (Herman J. L., 1992) в оценке последствий сексуального насилия целиком основываются на концепциях S. Freud и J. Breuer (1995) о «двойном сознании» («double consciousness») и концепции P. Janet (1889) о диссоциации (dissociation).

В основу оценки механизмов симптомообразования у жертв насилия автор положил механизм вытеснения, говоря о том, что некоторые обстоятельства насилия забываются и продолжают оказывать свое воздействие на психику в виде соматических симптомов или навязчивых идей. По мнению неопсихоаналитиков (Krystal Н., 1988, Neumann А., 1994), изнасилование, особенно в детском возрасте, вызывает чрезвычайно сильное эмоциональное состояние — аффективный статус (affective state).

Механизмом дезорганизации психической деятельности в данном случае является удаление части переживаний субъекта от реальности, отграничение (overwhelming) болезненного эмоционального состояния, что приводит к появлению множественных невротических симптомов.

В свете сказанного логично предположить, что как среди обреченных, отчаявшихся и разочарованных в жизни домохозяек, так и среди отверженных и непримиримых борцов за идеалы следует искать лиц, значительно виктимизированных в прошлом.

Для потерпевших характерны покорность, смирение, безропотное выполнение требований посягателя. Формируется стремление к предотвращению насилия через эмпатическое вчувствование в преступные намерения насильника и, как следствие, переживание пострадавшей вины и ответственности за происходящее.

Пролонгация контакта с посягателем или даже любая коммуникация, выходящая за рамки непосредственного насилия, оценивается жертвой амбивалентно.